В канун 60-летия освобождения Одессы от фашистских захватчиков наш город впервые принимал и представлял одесситам и гостям города передвижную выставку "Анна Франк. Урок истории".
Открытие выставки состоялось в одном из самых известных выставочных залов Одессы в Одесском областном благотворительном фонде "Будущее", детского реабилитационного центра под руководством Б. Д. Литвака. Место экспозиции выставки выбрано не случайно. Этот дом проникнут добротой и любовью к людям, к детям, поэтому такая энергетика выставочного зала, как нельзя лучше соответствует духу и задачам этой выставки.
В 11 городах Украины эта выставка представлена в рамках международного проекта, осуществляемого совместными усилиями Фонда "Музей Анны Франк" (Амстердам, Нидерланды), Всеукраинской ассоциациии учителей истории и общественных дисциплин Украины "Нова доба", Еврейского Фонда Украины, Украинского центра изучения истории Холокоста. Организатором проведения этой выставки в Одессе стала наша наша организации "Общинный дом еврейских знаний "Мория" (Одесса), при содействии отделения "Джойнт" в г. Одессе и Юге Украины, Главного раввина г. Одессы и Юга Украины Авроома Вольфа.
Данный международный проект - комплексный, состоящий из нескольких компонентов. Это не только выставка, рассказывающая о судьбе Анны Франк, но и 8 стендов, посвященных истории Холокоста на территории Украины. Уникальность этого проекта в том, что экскурсоводами на выставке стали специально подготовленные старшеклассники одесских школ.
Забыть о Катастрофе - значит готовить ее повторение.
Джон Ф. Кеннеди сказал: "Из всех неисчислимых голосов, взывавших к человеческому достоинству во времена величайших катаклизмов, нет голоса более пронзительного, чем голос Анны Франк". На этой выставке не слышен этот голос, Вы чувствуете его своим сердцем, нервами, душой. Мы никогда не должны забывать и этой трагической страницы не только еврейской истории, но и истории всего человечества.
Именно так в оригинале называется фильм, идущий в нашем прокате, как "Список Вариана". Под названием, данным ему переводчиками, прошёл он и в показе кино-видео-клуба "Еврейский иллюзион" при Доме еврейского знаний "Мория". Понятно, что смена названия - это отсылка к "Списку Шиндлера" Спилберга. Действительно, есть нечто общее в судьбах этих людей.
Американский журналист Вариан Фрай - один из немногих американских интеллектуалов, прозревший Катастрофу, задуманную гитлеровским режимом. Практически в одиночку, поскольку власти Америки ему ничем не помогали, он составляет список видных деятелей науки и культуры Европы - евреев, и, подвергая себя впрямую смертельной опасности, пытается помочь с горсткой единомышленников тысячам людей избежать ужасной участи. Для этого он, прибыв во Францию, организует их "полулегальный" выезд в Америку…
4 сентября 1941 года Фрай был арестован тайной полицией и выслан из Франции "за помощь евреям и антифашистам",- при полном бездействии американских властей. К тому времени Фрай и его товарищи спасли более двух тысяч художников, писателей, учёных и философов, как великих, так и неизвестных. Он умер в полном одиночестве у себя дома в Коннектикуте в 1967 году. Беспримерное мужество его на долгие годы было предано забвению. Лишь в 1991 году он был посмертно награждён в Америке, а в 1996 - он стал первым американцем, удостоенным звания "Праведник мира".
Человечество обогатилось произведениями людей, которых спас Вариан Фрай. А история Америки, и за ней - кинематограф Америки,- получили "законное право" широко демонстрировать "своё участие" в спасении евреев от Катастрофы…
Прежде в этом малопочтенном занятии (оправдываться постфактум) был особо замечен кинематограф Франции. За послевоенные годы создавался последовательно и упорно киномиф о спасении евреев французами… Теперь к ним подключились американцы - со всей своей основательностью и материальными возможностями… Начали они с того, что "развенчали" французов, открыто заявив, что те своих еврее с лёгкостью отдавали на растерзание фашистам… Затем - для объективности - скороговоркой сообщили о "латентном" антисемитизме американских властей и полном их бездействии в деле спасения европейского еврейства. (А ведь возможности для этого были самые разнообразные : как путём выезда в Америку (чинились тому максимальные препятствия), так и военного противодействия фашистам,- авиация союзников разбомбила в щепки Дрезден в районе Картинной галереи, а подъезды к Освенциму - не бомбили ни разу!- что, понятно, могло бы спасти множество жизней…)
Итак - классический "тихий американец", практически в одиночку, без оружия, в тщательно выглаженном костюме с цветочком в петлице, находясь в фашистской Франции - методично и продуктивно спасает нелепых еврейских интеллектуалов…
Я не оговорился: главная двусмысленность этого дорогого и подробного в деталях американского фильма - вовсе не узнаваемость "голливудских клише" в фабуле и образе центрального персонажа, а, мягко говоря, "странность" в изображении тех людей, которых он спасает…
Марк Шагал - почти до финала непроходимо глуп и наивен, держась за юбку своей Беллы… Генрих Манн - криклив, нелеп и схож с местечковым торговцем… Лион Фейхтвангер - страдает шизофренией, а в промежутках между приступами (как и все остальные, впрочем) - активно мешает Фраю себя спасать…
Пренебрежительная снисходительность к этим недотёпам - евреям-интеллектуалам из Европы - выражена весьма ярко и в актёрских работах "Списка Вариана"… При этом американская основательность проявилась в тщательном подборе типажей - почти без грима актёры схожи со своими великими прототипами.
Американская манера глядеть на весь мир несколько "свысока", "снисходительно" - приобретает в фильме Лайонела Четвинда черты неприкрытой бестактности. И тут не спасает ни обаяние и благородство Уильяма Херта - само спокойствие в невероятных обстоятельствах детективного сюжета - Вариан Фрай, ни бесконечная женственность Джулии Ормонд (хорошо известной у нас по "Сибирскому цирюльнику" Н.Михалкова), американки, подруги и помощницы Фрая,- популярных голливудских кинозвёзд. Увы, задуманный, вроде бы, из лучших побуждений, фильм "Список Вариана" неприкрыто декларирует ещё один юдофобский штамп: об этих нескладных евреях, с которыми вечно приходиться возиться, вытаскивая их из всяческих проблем, евреях, которые постоянно осложняют жизнь иным народам…
Заметим здесь, что формируемый руководителем Дома "Мория" Г.Каценом репертуар кино-видео-клуба "Еврейский иллюзион", представленный на сей раз американским фильмом "Война Вариана"( как назван он в оригинале) - настойчиво выстраивает посредством киноискусства сложную, полифоническую картину драматизма и неоднозначности еврейского художественного и исторического бытия…
В центре "Мория" 28 марта прошло очередная встреча, посвященная двум мартовским юбилеям: второго марта - день 140-й годовщины со дня рождения великого писателя, классика идишистской литературы - Шолом-Алейхема (Ш. Рабиновича), а в конце марта отмечал в родном городе свое семидесятилетие Михаил Жванецкий.
Оба эти имени связаны в восприятии улыбкой, смехом, особым, с горчинкой смехом, так свойственным еврейскому юмору. Оба они, и еврейский классик, и наш замечательный современник связаны и с культурным образом Одессы, с прославленной его юмористической составляющей. Одесса прославилась как город веселый еще с начала девятнадцатого века, но еврейский фольклор вначале достаточно настороженно относился к новому городу. Распространена была присказка, что евреи в Одессе настолько безбожны, что за семь верст от города пылает геенна огненная. Позже, правда, успехи одесских евреев вдохновили их на более оптимистические шутки: "живет как бог в Одессе".
Когда в 1891 году в Одессе поселился Шолом-Алейхем, город уже шутил вовсю, но именно Шолом-Алейхемовский талант впервые сотворил особый одесско-еврейский юмор. Именно одесским страницам Шолом-Алейхема обязаны мы тем, что чуть не на столетие одесский юмор и еврейский стали почти полными синонимами. Интересно, что до приезда в Одессу Шолом-Алейхем писал сентиментальные повести с мелодраматическими сюжетами. Только в Одессе впервые блеснул драгоценными гранями его смешливый гений. Роман "Менахем-мендл"- стал первым образцом одесской темы в еврейской юмористике. Этим произведением Шолом-Алейхем открыл светлую страницу в еврейской литературе. До него писатели не щадили нервы и души своих читателей, говорящих на идиш. Их книги были исполнены горечи в передаче тех бед и унижений, в которых протекала жизнь обитателей восточноевропейских гетто. Шолом-Алейхем открыл для еврейского народа улыбчивые светлые стороны его бытия. Причем, для этого ему не приходилось заниматься приукрашиваниями , источник этого взгляда на жизнь он открыл в душах своих персонажей, в их упрямом оптимизме и несокрушимой вере в жизнь, в их ироническом взгляде на житейские обстоятельства, взгляде, который так же охотно оборачивался и самоиронией. Юмористика Шолом-Алейхема лирична, в ней все "от первого лица". Его герои произносят монологи, осмысливая жизнь изумляясь ее невзгодам и абсурдам, которые открываются в этом осмыслении - и сама способность ТАК видеть и говорить рождает улыбку, тот самый высокий элитарный юмор, о котором сказано: "горьким смехом моим посмеюся". Шолом-Алейхема называли "еврейским Марк Твеном" и "еврейским Чеховым". Интересно, что никогда М.Твена и А.Чехова не сравнивали между собой. они очень разные писатели. но в Шолом-Алейхеме есть и энергичный задор первооткрывателей-американцев Марка Твена - разве мальчик Мотл не соединяет в себе Тома Сойера и Гека Финна в одном лице? Есть у Шолом-Алейхема и та прощальная улыбка, с которой смотрел на "русские сумерки" Чехов.
Может быть сейчас читателей у еврейского классика меньше, чем было когда-то в эпоху расцвета его таланта, но кажется зато среди этих читателей много писателей и традиция продолжается. Через двадцать лет после смерти первого великого еврейского писателя эпохи нового времени в Одессе родился Михаил Жванецкий, который вот уже лет сорок, как дарит зрителю-слушателю, а затем и читателю советского и постсоветского гетто то, что дал когда-то штеттлу Шолом-Алейхем: просвещающую и просветляющую иронию и жизнеутверждающую улыбку. Интересно, что любимым жанром Жванецкого тоже являются монологи (реже - диалоги) от первого лица. Здесь и саморазоблачения, и срывание масок с действительности и - в финале знаменитое Шолом-Алейхемовское изумление: до чего же я счастлив разглядывать это мир...
Михаил Жванецкий никогда не писал на идиш, он создал свой неповторимый художественный язык очень по-русски, но все же и по-одесски, а значит не только в жанре, но и в поэтике его монологов хранится все та же могучая литературная традиция еврейского, юмористичного и горько-изумленного взгляда на жизнь.
В дни его юбилея, чтобы убедиться в этом стоило только раскрыть новехонькую, только что из типографии книгу Жванецкого "Одесские дачи", чтобы расслышать в многоголосии, море кратких монологов, запечатленных на ее глянцевых страницах правнуков тех самых жителей Ксриловки, Егупца, Одессы эпохи Шолом-Алейхема. Беседа была сопровождена чтением монологов Шолом-Алейхема и Жванецкого в исполнении докладчика - А.Мисюк
Добро пожаловать в Общинный дом "Мория"!
Мы ждем и всегда рады Вам.
Директор "Общинного Дома еврейских знаний" Г. Кацен
Программы Общественной организации "Общинный дом еврейских знаний "МОРИЯ" осуществляются при содействии Еврейского распределительного комитета "Джойнт" и еврейской общины г.Балтимор (США).