Альманах "МОРИЯ" № 7 (2007г.)

Наталья Панасенко

АДРЕСА СЕМЕНА ЛИПКИНА

Список квартиронанимателей
по Авчинниковскому пер., 8
1918 г.
Публикуется впервые

Семен Липкин - один из многих писателей, подаренных Одессой русской литературе. Немало написано о том, что его стихи любила Ахматова, что он замечательный переводчик. Известно также, что он спас от уничтожения роман Гроссмана "Жизнь и судьба".

Именно одесским происхождением он объяснил (в интервью Я.Шенкману), как в нем уживаются несколько культурных традиций: иудей по вероисповеданию, русский поэт и переводчик восточного эпоса. "Наверное, дело в том, что я вырос в многонациональном городе и с детства был религиозен.<…> И так получилось, что несколько мальчиков и девочек разных конфессий подружились на том основании, что они веруют в Бога. Мы не спорили, какая религия лучше. Наоборот - мы были очень сплочены. <…> в Одессе такое было возможно". Об Одессе и одесситах Липкиным написаны стихи, автобиографическая повесть "Записки жильца" и несколько глав в мемуарной книге "Квадрига".

Взявшись за воспоминания, он решил опираться только на память, "никуда не заглядывая, ни в старые газеты, ни в справочники". Память иногда подводила и явные ошибки встречаются, но одесских адресов, которые мемуарист не называет, а только описывает, было всего два. "Много прекрасного, значительного связано в моей душе с небольшим кварталом Пушкинской улицы между Троицкой и Жуковской. Начать с того, что здесь, поближе к Троицкой, я провел первые два года своей жизни". Сразу сбой. Между Троицкой и Жуковского Пушкинскую пересекает Еврейская. Но вскоре он уточняет: "<…> направился на Пушкинскую улицу, в тот квартал между Троицкой и Еврейской, где вблизи от дома, в котором я родился, помещались "Одесские известия", а также редакции "Вечерней газеты" <…>". "Одесские известия", в которых впервые было напечатано стихотворение Семы Липкина, располагались на Пушкинской, 32 - это известно. А уже через несколько страниц Семен Израилевич дает, практически, точный адрес: "Сейчас помещение, в котором я родился, соединено с соседним и над дверью небольшая вывеска: детская библиотека номер такой-то имени Э. Г. Багрицкого".

Библиотека имени Багрицкого (правда, не детская) помещается на Пушкинской, 34 и занимает все пространство (с явными следами перепланировки) от входа с угла Троицкой до подъезда, за которым уже подворотня. То есть, вариантов не остается. "Двери, наполовину стеклянные <…> и единственное окно того магазинчика, которые он /отец Н.П./ вынужден был покинуть, запутавшись в долгах", могли быть только здесь, левее входа в подъезд. (Местные жители говорят, что до войны на месте библиотеки помещались магазин и сапожная мастерская.) Отсюда семья перебралась "в дом победнее, попроще в Авчинниковский переулок". У этого адреса есть документальное подтверждение.

Одесские адреса С. Липкина.
Ул. Пушкинская, 34. Фото Найдорфа М.И., 2007

Одесские адреса С. Липкина.
Авчинниковский пер., 8 Фото Найдорфа М.И., 2007

В списке квартиронанимателей от 8 янв. 1918 г., хранящемся в областном архиве, по Авчинниковскому пер., 8, кв.6 значится "Липкин Израиль Ицкович, раснянский мещ., мужская портняжная мастерская, 1-й эт., 2 ком. <…> "

"Раснянский" - это предположительно. Почерк составлявшего список не очень разборчив. Но для такого предположения есть основание. Биографию своего отца Липкин разделил между двумя персонажами "Записок жильца": слесарем Цыбульским и Ф. Ф. Лоренцем. Лоренцу достались квартира из двух комнат и смерть от эмфиземы легких, а Цыбульскому - принадлежность к раснянскому мещанскому обществу и революционное меньшевистское прошлое.

"Дом - двухэтажный, шестнадцать квартир - принадлежал французу-виноторговцу, сам он жил в другом месте, а здесь в длинном подвале <…> хранилось вино <…>". Если считать, что фамилия точно соответствует национальности, то слова о хозяине-французе не подтверждаются.

Судя по справочникам, уже к 1884 г. и по 1911 г. домом владеет семья Халайджогло, в 1914 - он числится за Бернштейном, а в 1918 принадлежит Мильштейну. Но факт, что этажей в нем два, а квартир - 16 и в одной из них, в графе "назначение помещения", без указания этажа написано "склад".

Составить представление об обитателях дома, где будущий литератор прожил 16 лет до отъезда в 1929 г. в Москву, можно только по упомянутому списку квартиронанимателей. Занимали его, преимущественно, мелкие еврейские ремесленники, настолько мелкие, что они не попадали даже в самые подробные справочники: молочная, хлебная и писчебумажная лавки, шесть портняжных мастерских, одна золотошвейная (фамилию ее хозяина, Квасного, Липкин использовал в "Записках жильца").

Дом совсем невзрачный на вид и это лишний раз напоминает, что бережно сохраняя старые постройки, мы сохраняем не выявленные еще памятники истории. Если здание наспех забраковали и снесли, то потом останется только сокрушаться. Если же не поторопились - то есть куда повесить мемориальную доску и привести дорогих гостей.