מוריה
Альманах "МОРИЯ" № 4 (2005 г.)
Из дневника П. П. Котляревского
(1903-05 гг.)*
* В ГАОО хранятся две тетрадки дневника одесского торговца мануфактурой Павла Петровича Котляревского. Родился он приблизительно в 1868 г., окончил одесское казенное реальное училище, институт сельского хозяйства и лесоводства в Новой Александрии и московское юнкерское училище. Состоял гласным городской думы и членом городской управы, председателем попечительного совета Торговой школы, почетным блюстителем по хозяйственной части одесской духовной семинарии, членом нескольких благотворительных обществ. Был женат на дочери владельца мыловаренного завода В. М. Генцлера — Лидии.
Фирма “Товарищество Д. П. Котляревский” была основана в 1833 г. Петром Котляревским. В 1870 г., когда предприятие унаследовал его сын Дмитрий, оно приобрело оптовый характер, в 1898 г. стало товариществом, а в 1900-м Дмитрий Петрович скончался, и дело перешло к его брату Павлу, который совместно с П. И. Кухтой состоял одним из главных сотрудников торгового дома. (Третий брат — Иван Петрович, врач, формально был компаньоном, но участия в коммерческих делах не принимал).
Ко времени, о котором пойдет речь, магазин помещался на Троицкой, 54. В этом же доме жила семья. Принадлежал им и доходный дом по Екатерининской, 85, угол М. Арнаутской.
Для предлагаемой публикации выбраны места, касающиеся исторических событий. Некоторые эпизоды, не имеющие общественного или исторического значения, приводятся, т. к. создают фон или характеризуют автора.
Наталья Панасенко
19 апр., сб. /…/ Я целый день в заботах о завтрашнем завтраке по случаю закладки здания школы.
1 мая. Погода прекрасная. Тревожные ожидания бунта не сбылись. День прошел вполне спокойно, хотя на Пересыпи схватили каких-то 30 евреев с красным флагом и им полиция преподала урок при помощи каучуковых жгутов. Вечером я был в знаменитом заседании сторожевой комиссии, делопроизводитель которой Маслов проиграл в карты 30000 рублей из сумм комиссии. Я немало говорил и старался о том, чтобы этот скандальный факт не был оглашен.
7 мая, ср. /.../ Ездил я смотрел следы погрома /в Кишиневе — Н. П. / на нескольких улицах, нечто ужасное. Что за странное озверение.
19 июня. /.../ Отголоски еврейских беспорядков до сего времени продолжаются. Выясняется, что министр внутренних дел Плеве — страшный антисемит, упорно говорят, что он сделал беспорядки в Кишиневе. Как ни суди, одно видно, что мы окружены ужасной тьмой. /.../ Иващенко наговорил Кухте грубостей, а Кухта порвал на нем галстук и жилет. Странная невоздержанность.
15 июля, вт. /.../ Сегодня началась забастовка кондукторов, кучеров и других служащих конки.
16 июля, ср. Поезда на Большой Фонтан не идут. Забастовали казенные очистные склады. Это скверно отражается на делах. Пароходы не грузятся, поездам препятствуют /нрзб/ ходить. У нас всегда что-нибудь придумают, чтобы тормозить дело.
наблюдают за "Потемкиным". 1905г.
Из журнала "Огонек",
№51 (142),
13 декабря 1925 г.
17 июля, чт., толпы народа ходят по городу и снимают с работы мирных рабочих. У Пташниковых требовали закрытия магазина и уговаривали приказчиков присоединиться к толпе. У тестя на заводе в 51/2 часов вечера принудили остановить работу. Войск в городе мало, отпущены нижние чины на вольные работы. Когда я ехал на дачу, то встретил роту юнкеров, которая шла в город для усиления охраны.
18 июля, пт. Забастовка продолжается, вывешены объявления градоначальника об употреблении силы в случае сопротивления властям. /.../
19 июля, сб. Жарко. В магазине тишина. В городе нет хлеба и мясо дошло до 16-ти копеек за фунт. Забастовка продолжается.
"Потемкин" на рейде.
Нагруженный угольщик
направляется к "Потемкину".
Из журнала "Огонек",
№51 (142),
13 декабря 1925 г.
21 июля, пн. /.../ из Кишинева слышно мало веселого, многие евреи эмигрируют в Америку и увозят с собой наши деньги. Забастовки у нас мешают правильному ходу дел. Нужно было бы блестяще торговать, а мы еле-еле тянем. По всей России какое-то тревожное настроение, несмотря на то, что цари усердно молятся новоявленному чудотворцу Серафиму Саровскому.
22 июля, вт. Утром услышал, что в Николаеве и Елисаветграде забастовки с большими уличными беспорядками. /.../
21 ав г. /.../ Был в заседании санитарной комиссии. Климович предложил мне издать на свой счет собрание сочинений И. П. Котляревского. Нужно будет отписаться, иначе он заедет и будет уламывать.
13 сент. Рассчитался от нас Виктор Мешков, работавший в конторе. Очень жаль, был симпатичный мальчик и сделался нахалом. Без лишних слов заявляет, что на 30 рублей служить не может. Если бы мы послушали его и прибавили, то испортили бы молодого человека.
16 окт., чт. /…/ Вечером был на открытии театра Сибирякова (угол Херсонской и Конной). Было очень торжественно. Незамысловатый пролог написал Долин, а музыку к нему — Бернарди.
Из коллекции
А.А. Дроздовского (Одесса)
1904 год
28 февр. /.../ В доме на Екатерининской опять вчера покушались на кражу, дворник Василий ее предупредил. Полиция у нас — ужасная дрянь /в магазине обнаружена кража/.
4 марта, чт. Вор обнаружен. Оказалось, что кроме кисеи украдены два рулона дорогой шерсти. Крал Константин Солодовников, мальчик 13 лет, сын регента женского церковного хора. Раньше он уже отличился: получил триппер. Будет прекрасный гражданин. Удалили его без наложения какой бы то ни было кары. Пусть Бог его вразумит.
9 марта, вт. /…/ Вчера и сегодня заседал в думе. П. А. Зеленый слабеет умом и в городском хозяйстве идет такая путаница, что сам черт сломит ногу.
11 марта, чт. /.../ Среди евреев тревожное настроение, боятся, чтобы не было погрома на пасху. Одесские капиталисты с этой целью собрали около 24000 рублей в пользу раненых, с целью расположить к себе власти.
14 марта, вс. /.../ Вечером слушал “Прекрасную Елену” с Кавецкой в заглавной роли. Вышла очень благовоспитанная Елена. /.../
17 марта, ср. /.../ Все возмущены происшествием в думе, бывшем в понедельник с. м. Бухштаб сказал, что коночная подготовительная комиссия делает кляузы, задерживая решения коночных вопросов. Скандал был грандиозный и виновником его следует считать Зеленого, который потворствует произволу некоторых гласных. /…/
19 марта, пт. /.../ От утра 9-ти часов до 4-х пополудни Одесса готовилась встретить героев «Варяга» и “Корейца”, сражавшихся с превосходящим в пять раз неприятелем у Чемульпо. Подъем духа у всех невиданный в Одессе. Офицеров и матросов от пароходной пристани до мест жилища несли на руках. Торжество встречи вышло чисто народным. Различные депутации и представители города были оттерты толпой.
Д.П. Котляревского.
Из коллекции
А.А. Дроздовского (Одесса)
10 апр., сб. /.../ В квартире служащего Николая Гендле застрелилась женщина, которую он обольстил. По моей инициативе Правление решило его рассчитать. Если уничтожено до корня в прежнее время бывшее у нас пьянство, то теперь нужно по возможности стараться уничтожить свивающий у нас в последнее время гнездо разврат. Пусть Гендле — жертва, которую нужно принести для поддержания общего благонравия. Мне сердечно жаль. Гендле, он очень симпатичный малый, но личные симпатии — в сторону, на первом месте — интересы дела.
17 апр., сб. /…/ Утром, при входе в магазин сообщили о самоубийстве Николая Гендле. Вчера в 4 часа дня в парке он покончил с собой, выстрелив из револьвера в висок. Поступил он очень благородно, мы же, рассчитав его, обнаружили мало сердечности, но так судил Бог.
18 апр., вс. Поехал в церковь Ботанического сада на отпевание Гендле. /.../
14 мая, пн. /.../ Гласные думы сделали очень приятную экскурсию на поля орошения. Получается впечатление большого и благоустроенного сельского хозяйства. Многим обязан в этом отношении город заведующему полями Погибко.
24 мая, пн. /.../ Был на экзамене коммерции в Торговой школе, после экзамена завтракали Циммерман, Буницкий, Жуган и я. Много говорили о наших русских неустройствах. Все недовольны и все чего-то ждут.
29 мая, сб. Толчок совершенно не торгует. В городе нет никаких строительных работ, следовательно, нет и пришлых рабочих. /.../
23 июня, ср. /.../ Кухта спорил долго с Егор. Вл. Дятиновым о нашей внутренней политике. Много правды говорил Дятинов. По его мнению, русский человек — сам по себе дрянь и ему еще много нужно поработать для усовершенствования. И верно, какие бы гадости ни чинило русскому народу его правительство, он никогда не протестует и безропотно несет ярмо. Удивительная бедность духовного содержания.
12 июля, пн. /.../ В этом году явилось большое требование на кубовый ситец с каймой, требуются и другие темные цвета, но обязательно с каймой. Всегда в нашем деле приходится считаться с прихотливыми требованиями моды.
15 июля, чт. /.../ Бомбой в 10 часов утра убит в Петербурге министр внутренних дел Плеве (sic!). Происшествие это случилось около Варшавского вокзала. Жиды ликуют.
11 авг., ср. По случаю крещения Государя-Наследника Алексея Николаевича дарованы различные милости. Самая первая и важнейшая из них — отмена телесных наказаний; можно сказать, что наконец-то додумались... /.../
12 ав г., чт. /.../ На войне мало хорошего. Флот наш почти весь раскрошили.
17 сент., пт. Чудная погода. По случаю столь радостного дня приезда Государя, я сделал распоряжение не открывать магазина. В 121/2 часов дня поехал на вокзал, где собрались многие гласные думы и весь наличный состав управы. Кроме думы, на вокзале были и другие многочисленные депутации. Император Николай Александрович с братом Михаилом Александровичем прибыли на вокзал Куликово-поле в 33/4 часа дня. Впечатление сильное. Я близко видел Государя и отлично слышал его мягкий голос. Восторг деятелей города не поддается описанию. 25 лет прошло со времени последнего посещения нашего города Императором Александром II-м.
23 сент., чт. /…/ Вчера узнал курьезную новость. Молодой Пташников женился на кафе-шантанке, которая старше его лет на шесть. /.../
29 сент., ср. /.../ На войне наше наступление пока ограничивается мелкими стычками. У нас в думе тоже война, поднятая против градоначальника и полиции.
7 окт., чт. /.../ Вечером в думе было интересное частное совещание. Зеленый предложил отправить депутацию к Императору: поблагодарить за посещение Одессы, просить соизволения на наименование публичной библиотеки именем Николая II-го, просить об снятии усиленной охраны и даровании отнятых от города доходов, как портовые, мостовые и другие сборы. Встречено было предложение головы с чувством полного расположения. Новиков, Драго, Ярошенко, Климович выразили полное сочувствие благому начинанию. Крепостник же Сухомлинов своим разглагольствованием о несвоевременности ходатайства испортил все дело. После бурных разговоров предложение было поставлено на баллотировку и получилось 19 голосов “за” и 19 — “против” предложения. Лучшие гласные разошлись с чувством горечи и печали. Да, в России половина и только половина частных и разумных людей!
13 окт., ср. /.../ С вступлением на пост министра внутренних дел князя Святополк-Мирского газеты начали говорить совершенно свободно. Чувствуется какое-то обновление. Консерваторы каркают, а люди свободной мысли ликуют. Наступает эпоха освобождения.
18 окт., пн. /.../ Я был в присутствии. Много говорили с Андреевским и Падалкой о настоящем веянии. Они, как люди вполне честные, разделяют своевременность новых благих начинаний. Их очень смущает только упадок религии и нравственности.
2 ноября, вт. /.../ Вчера возвратился из Петербурга Каульбарс, он назначен командовать 3-ей армией на войне. Государь сказал ему, что он решил победить японцев, сколько бы эта победа ему ни стоила. В последние дни у нас в складе непорядки. Брат Гребнева, мальчик 13-ти лет, недавно нами принятый, украл фунт чая. Другой мальчик, Мелешкевич, ходил на почту за получением денег, сегодня он не возвратился и унес 365 рублей. Начинается разврат, который нужно вытравить.
3 ноября, ср. /.../ Мелешкевич, получив деньги, пошел в ресторан “Кавказ”, пообедал и поехал затем в публичный дом к Малании Ивановне на Болгарскую. Взял двух женщин, повез их в “Северный ресторан”, оттуда вся эта честная компания отправилась в русский театр, шла пьеса “Екатерина Маслова”. В театре его нашли наши мальчики; выйдя из театра, он намеревался застрелиться, но легко себя ранил. Пошло и гадко. По виду он был хороший и симпатичный мальчик. /.../
20 ноября, сб. /.../ Вечером был на банкете в залах Благородного собрания. Устроен был банкет по случаю 40-летия судебных уставов городским общественным управлением. Скромный ужин и обилие речей. При мне говорили П. А. Зеленый, Пергамент, Богацкий и Изгоев. Говорят красно и осмыслено, но односторонне. Выходит, что ничего у нас в России нет хорошего, все скверно, отвратительно скверно. Не могу с этим согласиться. Ушел в 111/2 часов, без меня говорили речи от имени пролетариев, социал-революционного комитета и проч. Не смешно ли это? Тем не менее, легче дышится и чувствуется начало обновления.
/С 24 ноября до 10 декабря он в деловой поездке: Лодзь, Варшава, Петербург, Москва. — Н. П./
4 дек., сб. /.../ Видел знаменитую Балетта, на которую генерал-адмирал потратил много денег из отпущенных на флот. Хищение и казнокрадство идет беспримерное. Государство наше гниет и от гноя распространяется кругом смрад.
1905 год
/мелькают сообщения о беспорядках в Москве и Птб. — Н. П./
13 янв., чт. /.../ Время ужасное. Если бы Господь Бог поскорее помог покончить эту ужасную бессмысленную войну.
15 янв., сб. Сегодня нет обычного посещения покупателей толчка. Они боятся запасных, которые могут ограбить все их достояние.
17 янв., пн. Торговля слабая. Касса почти без выручки. В государстве неспокойно. Позакрывали почти все высшие учебные заведения. Нужда в деньгах для войны громадная, а у народа денег нет. Нужен какой-нибудь конец.
19 янв., ср. Какой-то по виду армянин стрелял по полицмейстеру Головину. Рана не опасная. Повсюду возмущения и анархия. /.../
2 февр., ср. /.../ В “Одесских Новостях” сегодня по моему адресу написана весьма лестная статья. Меня назвали интеллигентнейшим представителем купечества в думе. /…/
5 февр., сб. /.../ Не только я, но и Ваня, прошли в гласные. У меня сейчас же явилась мысль отказаться от чести избрания. Нехороший характер имеет скопление родственников в думе. Дума должна состоять из возможно разнообразных элементов. /…/
7 февр., пн /.../ Мой отказ от звания гласного в газетах. /.../
19 февр., сб. Ждут все уличных беспорядков. Особенно тревожатся евреи, боятся погрома, подозревают полицию в подстрекательстве /.../
26 февр., сб. Наши дела на Дальнем Востоке ужасны. Отступили от Мукдена с громаднейшими потерями. Раненых офицеров 2000 человек и нижних чинов 46 тысяч. Потери убитыми с обеих сторон превышают 200 тысяч человек. /…/ Мы, как воины, совершенно подорвали свой кредит.
27 февр., вс. /…/ Среди прочитанного в газетах бросилось в глаза открытие в Одессе отдела “Русского собрания». К чему возмущать больной дух русского народа какой-то никому не нужной национальной враждой? Во главе отдела стал начальник юнкерского училища полковник Микулин, как председатель и ректор семинарии архимандрит Анатолий как его товарищ. Чувства истино разумного и образованного человека оскорбляется всеми этими фокусами. До чего довели Россию те три кита: самодержавие, православие и народность, на которых она до сих пор держалась. Все пошло рваться по всем швам. Крах неизбежен.
1 марта, вт. /.../ Брат Иван не может заставить ни меня, ни сестер уважать свою содержанку. Честность и добропорядочность выше рубля. /.../
3 марта, чт. /.../ Дела России военные и внутренние находятся в каком-то хаосе. Конституция нужна, как хлеб голодному.
12 марта, сб. /.../ Расширение магазина представляет нечто очень грандиозное, наши конкуренты, вероятно, полопаются от злости. Да Бог с ними! Торговое дело все основано на борьбе за существование. Большой всегда должен съесть малого. Таков закон политической экономии.
1 апр., пт. /.../ В час дня приехали ко мне П. А. Зеленый и К. Э. Андреевский. Убедили взять обратно отказ от звания гласного. Их желание склонить меня продолжать службу городу — весьма понятно. Выбрано всего 58 гласных, а дел в городе найдется для 580 человек.
28 апр., чт. Вчера в первом заседании вновь образованной думы, забаллотировали в головы Павла Алекс. Зеленого, который занимал эту должность семь лет. Было тяжело и неприятно. Зеленый — человек порядочный и идейный, плохой хозяин, правда, но найдем ли мы лучшего. /…/
2 мая, пн. /.../ Вечером в думском заседании избрали городским головой заслуженного профессора математики Семена Петровича Ярошенко. Что он сделает с запутанным городским хозяйством, посмотрим.
9 мая, пн. /.../ Был в думе на частном совещании гласных по поводу избрания членов управы. Намечены: Орженцкий, Сидоренко, Мерлиант и Житков. Много шансов имеет Федор Бабичев.
13 мая, пн. /.../ Приехал из Лодзи вояжер Яроцинского Ландау. Подробно говорит о забастовках и беспорядках в Лодзи. Казаки с нагайками делают не поддающиеся описанию гнусности. Там, где была замешана полиция в переговорах рабочих с фабрикантами — всюду произошли беспорядки. Где полиция не вмешивалась — дело решалось вполне миролюбиво. Революционная пропаганда работает, не покладая рук. Бомбы и пистолеты делают свое дело. Вчера в три часа дня в Баку убит губернатор Накашидзе бомбой, с ним погибли три человека. Анархия полная.
20 мая, пт. /.../ Все сведения с весьма отдаленного театра войны сводятся к одному печальному заключению: вся балтийская эскадра целиком погибла у острова Цусимы. Адмиралы Рождественский, Небогатов и Фалькерзам неизвестно где и что с ними приключилось. Позор и унижение. До чего довело Россию несостоятельное правительство. Перспективы мрачны, как ад. Следует произнести одно слово: конституция, — и это хоть отчасти облегчит страдание несчастных граждан несчастного государства. Без этого слова порядок восстановить невозможно. Нам грозят невыносимые налоги и еще больший полицейский произвол. Средства от избавления этого гнета — ясны.
Вечером пошел в думу, были выборы городского головы. Избран Петр Адамович Крыжановский. Что сделает — увидим.
27 мая, пт. Жарко. Еврейский праздник и в деле затишье. Уезжает в отпуск Галенков, его должен заменить Гендле. Ни о каких отпусках прежде служащие понятия не имели. Теперь все добиваются все больших прав.
31 мая, вт. /.../ Президент Соединенных Штатов Рузвельт хочет помирить Россию с Японией. Этот мир закончит наш позор. Все города подают петиции о собрании возможно скором представителей народа. Правительство, видимо, не обращает на это никакого внимания. Переписка идет громадная, а дело не делается.
1 июня, ср. /.../ Приехал из Лодзи Кухта. Забастовки продолжаются. Местные рабочие относятся с презрением к полиции. Полицейских стреляют, как воробьев/.../
3 июня, пт. В магазине тихо. Предвидя два дня праздников св. Троицы, местные купцы не запасаются товаром, они боятся, кроме того, и могущих возникнуть в каждую данную минуту беспорядков. /…/
8 июня, ср. /.../ Есть покупатель из Константинополя, недавно продали товар в Северную Америку. Это все делается благодаря возврату пошлины, которая взыскивается с привозимых из-за границы сырых материалов: хлопок и шерсть. Государь принял депутацию от земства и городов; говорили речи кн. Трубецкой — профессор и гласный Петербургской думы Федоров. Государь ответил им в весьма туманных выражениях, из которых все же заметно, что дело делается. Пусть соберут хоть самых ненадежных народных представителей — первый шаг будет сделан. Дальше будут брать все силой. Больше было бы эффекта, больше чести Правителю, если бы он одним взмахом пера дал бы народу гражданские права, но государь боится катастрофы подобной той, какая случилась с Александром II.
13 июня, пн. /…/ С утра было слышно, что на Пересыпи бунтуют рабочие. Убит казачий офицер, есть убитые из рабочих, Все подобные истории сказываются сейчас же неблагоприятно на торговле. Какие размеры примет это волнение, трудно сказать. Давно уже забастовка рабочих ожидалась в Одессе.
14 июня, вт. Жарко. На Пересыпи убиты вчера два рабочих, товарищи требовали выдачи их трупов. Волнение увеличивается. В городе в различных местах раздаются пистолетные выстрелы, стреляют полицейские и бунтовщики. Солдаты стреляют залпами и есть уже много жертв.
15 июня, ср. Подошел к Одессе броненосец «Князь Потемкин Таврический». Команда возмутилась, был убит старшим офицером матрос Омельчук за то, что заявил о плохом борще. Команда стала вязать офицеров, офицеры стреляли, убито 9 человек офицеров и ранено 17 человек как со стороны офицеров, так и нижних чинов, броненосец стал в угрожающее городу положение. Убитого матроса отправили на берег. Над его трупом говорились революционные речи. В порте массы народа. Вечером начались в порте поджоги, горят пакгаузы русского общества, эстакада, агентства частных пароходств, часов в 9 пожар начался, а в 10-11 было видно море огня даже на даче. Около собора и памятника Екатерины брошены бомбы, убившие по несколько человек. В городе паника.
16 июня, чт. Очень жарко. С открытыми дверьми и закрытыми ставнями торгуем весьма слабо. Днем кое-где стреляли солдаты. В 12 часов получилось Высочайшее распоряжение об объявлении города на военном положении. В городе сравнительно спокойно. Все зло в броненосце. В 6 часов похоронили убитого матроса на военном кладбище, а в 8 часов вечера за то, что не возвратили всю целиком команду на броненосец (из 10 человек двух задержали), броненосец выпустил 3 боевых снаряда и причинил повреждения дому Фельдмана на углу Нежинской и Спиридоновской и завод Енни на Бугаевке. Матросов возвратили и больше не стреляли. В 2 часа в думе было частное совещание. Из окон финансового отделения видел броненосец, миноноску и канонерскую лодку. Видел и погребальную процессию, ехавшую за трупом убитого. Хоронили его два священника с певчими и в сопровождении тысячных толп народа. На могиле говорились самые зажигательные речи. Ждут прибытия остальной эскадры из Севастополя, но она почему-то медлит.
17 июня, пт. Жара. В городе тихо. Броненосец стоит и чего-то ждет. /…/ В три часа дня поехал на экстренное заседание думы. Первым говорил Сер. Вас. Чаушанский о необходимости освободить вожаков рабочих, которые арестованы. Ст. Вас. Житков старался выяснить причины беспорядков; один ,Ген не исполнил требования забастовщиков. Около его завода собрались 13-го июня рабочие, им предложили разойтись, а затем стреляли и двух убили. Кожевников говорит, что брожение среди рабочих было далеко раньше 13-го июня, но рабочих все время ублажают и довели дело до таких волнений. Кто поджигал в порте? Босяки из города, которых полиция привлекала в порт с целью задержать там. Житков предлагает собрать различных представителей в думу и обсудить с ними положение города. Когда разбивали и жгли в порте, войска не могли действовать, потому что броненосец «Князь Потемкин» в таком случае угрожал стрельбой. Убийство матроса Омельчука было приготовленным поводом к возмущению, между берегом и броненосцем была полная связь в отношении возмущения. В Одессу прибыли в общем теперь 5 броненосцев, 1 крейсер, 4 миноносца и канонерка. На броненосце правит всем делом мичман Алексеев. Депутации от гласных командующий войсками сказал, что он ежечасно телеграфирует Императору, от него получена телеграмма: «Не жалейте корабля и команды». Градоначальник в 6 часов вечера сообщил, что «Князь Потемкин» сдался. Пришедшие из Севастополя суда пропустили его сквозь строй. Он выкинул флаг покорности и есть покойники. К нему пошел портовой катер. Командующий войсками не окончательно уверен в правдивости этой сигнализации, держит на берегу войска, боясь десанта и бегства в город бунтовщиков-матросов.
18 июня, сб. В городе циркулирует масса невероятных слухов, ждут бомбардировки со стоящих броненосцев. Спрашивают, почему они не уходят? Евреи хотят, чтобы было возможно скверно. Тишина на улицах и в торговле. /…/ Вечером, возвращаясь на Большой фонтан, Полетаев сообщил, что броненосец «Георгий Победоносец» сдался, боцман привез и передал командующему войсками знамя судна.
20 июня, пн. /…/ Всех занимает вопрос: где «Потемкин»? Он где-то болтается в море. Все утихло. Градоначальник просит граждан обратиться к занятиям. Евреи умышленно распространяют ужасающие слухи. Одно хорошо, что без всякого замедления объявили город на военном положении.
21 июня, вт. Все утихло. Начинаем торговать. /…/
22 июня, ср. /…/ Получаю часто письма от Петра Ивановича. Он с Кокушкиным повсюду вырывает товар, потому что забастовки рабочих всюду нарушили нормальный ход фабричного дела. В Лодзи рабочие прямо сражаются с войсками.
Кухта смотрит очень розово на все это движение. По его мнению вот-вот объявление конституции. Я думаю, что никто своих прав так легко не отдаст и прежде, чем объявят конституцию, прольют много крови.
23 июня, чт. Сгорел почти весь завод тестя. /…/ По подозрению в снабжении «Потемкина» провизией схватили и засадили в Пересыпский участок Гельфенбейна. Он покупает у нас лет 30; родственники осаждают меня просьбами о протекции. Они меня просят с нахальством, свойственным евреям.
5 июля, вт. /…/ Сегодня утром какой-то монах имеретин расстрига нанес несколько ран кинжалом настоятелю Ильинского подворья. Монаха этого убили. В городе и особенно на толчке полиция распространяет, что этот монах — еврей. Совсем недалеко до знакомого призыва «бей жидов». Вот таких инцидентов можно ждать каждый день. Высшее правительство не принимает никаких мер к подавлению смуты. Народ все больше раздражается. /…/
8 июля, пт. /…/ На войне — затишье, японцы заняли Сахалин, Витте поехал в Америку — толковать о мире. /…/
26 июля, вт. /…/ Семена Петровича Ярошенко выселили в Олонецкую губернию, он уезжал вечерним поездом и многие гласные отправились его провожать. Делается нечто невероятное. Поговаривают об учреждении по России временных генерал-губернаторов. В Одессу на это место прочат Сахарова, бывшего военного министра. Чем дальше, тем хуже. Старые опытные люди ждут большого кровопролития на арене русской политической жизни.
29 июля, пт. /…/ Вчера вечером был в думе. Несколько гласных подают городскому голове просьбу выяснить мотивы высылки Пергамента и, главным образом, Ярошенко.
7 авг., вс. Вчера объявлен манифест чрезвычайной важности. Из выборных представителей народа постановлено собрать государственную думу. Правда, над думой поставлен государственный совет, много власти оставлено местным административным учреждениям, но все же первый камень положен; добрые желания Правительства с одной стороны и деятельность социал-революционеров — с другой — успешно закончат постройку государственного здания на фундаменте свободы, правды и света. Одесса ничем не проявила чувств в ответ на этот верный государственный акт.
13 авг., сб. В магазине жарко. Движение не прекращается и торгуем все время. Одесские розничники очень жалуются на дела. Вообще же наш покупатель желает захватить возможно больше товара, видя его недостаток и ожидая грядущих еще повышений. Мы сами помогаем торговле слухами о недостатке в товарах и о баснословных повышениях, которые и осуществляются. В Лодзи и Варшаве опять общие забастовки. Рабочие той местности, да, говорят, и Москвы, недовольны, что от них не требуют представителей в будущую государственную думу. Есть слух, что мирный договор уже подписан обеими державами. Если это правда, то дела сейчас же еще более оживятся.
26 авг., пт. Торгуем очень хорошо. В государстве же нашем творится нечто ужасное. В Баку и его окрестностях такие бунты, что употребляют в дело артиллерию. Все нефтяные промыслы и склады сожжены. Нефти нет и топливо для фабрик страшно вздорожало. Опять будет повышение на товар. Нет границ этим повышениям. Войну внешнюю закончили, война внутренняя в полном разгаре.
31 авг., ср. Торгуем блестяще. Служащие выбиваются из сил. /…/ Беды с товаром, в нем полный недостаток. На Кавказе самая жестокая резня, сожжена вся нефть, нечем топить фабрики. Благодаря нефтяному голоду, товар поднимается в цене. Поговаривают, что фабрики в Иваново-Вознесенске совсем станут, ибо они приспособлены только к нефтяному отоплению. Смута с Кавказа перейдет на Волгу, а затем в Москву. Ждут забастовок в московском фабричном районе. Что-то будет?
9 сент., пт. /…/ Вечером был в думе. Дебатировался вопрос о Бульварном полицейском участке. Все пункты, клонящиеся к благоустройству участка, отклонены. Дума проникнута враждебными чувствами к администрации и полиции. Борьба идет жестокая. После заседания, в частном совещании, выбрали Драго и Литвицкого делегатами на съезд в Москве земских и городских деятелей. Я удивлен решимости Драго.
6 окт., чт. /…/ Умер борец за народную свободу профессор князь С. Н. Трубецкой, учащаяся молодежь не приступает еще к занятиям. Всюду невозможное брожение. Все жаждут покоя, но его нет. Напротив, чувствуется канун революции.
8 окт., сб. /…/ В 4 1/2 часа после обеда пришел ко мне сотрудник «Одесских Новостей» и сделал опрос о моем взгляде на государственную думу. Я подробно изложил свое мнение и он его с моих слов записал.
11 окт., вт. /.../ Забастовка железнодорожных служащих повсюду почти в России отозвалась и в Одессе. /…/ На вокзале прежде всего встали телеграфисты со своих мест и ушли. Железнодорожное начальство было лишено возможности пустить поезда.
14 окт., пт. /…/ Сегодня забастовали все средние и низшие учебные заведения, конечно сейчас же и студенты прекратили занятия. /.../ Вечером в 8 часов городской голова пригласил гласных на частное совещание. В зале думы много публики — это тоже митинг. В 8 1/2 часов прибыл совет профессоров университета во главе с ректором Занчевским. Крыжановский открыл совещание речью об избиении учащихся около гимназии Березиной, на углу Успенской и Канатной улиц. Затем говорили Новиков, Исакович, Орженцкий, Завьялов, Вериго, Лысенков, девица Аронович, Вельштейн, Хмельницкий, Каган, Игнатьев и др. Суть всех речей одна: нет возможности сносить дальше произвол правительства и гнет чиновников его. Объявляется бойкот всего старого, опостылевшего. Но это делается не только у нас, в Петербурге смута еще в более грандиозных размерах. Нет уголка в России, который не поднял бы свой голос в защиту бесправного и угнетенного русского человека. События сменяются с неслыханной быстротой и никто не знает «что день грядущий мне готовит»…
15 окт., сб. /…/ После обеда прекратили занятия служащие всех банков.
16 окт., вс. Ужасный день и всем ужасам его помогла прекрасная погода. Утром я хотел выйти, пришла швея и сказала, что по улицам громадное движение народа. Впоследствии оказалось, что публика собралась на митинг в университет, но застала здание медицинской аудитории окруженным войсками, все двинулись на угол Дерибасовской и Преображенской и дальше — частью по Преображенской, а частью — по Ришельевской. В районах угла Ришельевской и Еврейской и по Преображенской от Почтовой до Мало-Арнаутской — разыгралась бойня. С лошадей казаки били беззащитных нагайками, с лошадей же они их и расстреливали. Вдоль Троицкой с Преображенской свистели пули. Много убитых и раненых. Вечером дума заседала в здании биржи. Возбуждение ужасное. Бесконечные разговоры о милиции и различных содействиях политическим партиям. Было сделано и весьма доброе дело. Мировые судьи с разрешения градоначальника поехали в участки и освободили арестованных малолетних. В участках с арестованными обращаются по-зверски: бьют, истязают и женщин насилуют. Нервы не выдерживают, очень плохо спал ночь.
17 окт., пн. /…/ На завтра ожидаются большие беспорядки по случаю похорон убитых и умерших от ран после воскресной бойни. Ужасы, что делается.
18 окт., вт. /…/ Все рабочие и труженики за исключением приказчиков в забастовке. Из Лодзи от Гольдшейна телеграмма, что и там забастовка. Много различных праздных слухов, говорят, что убили Трепова, что горит Петербург и Петергоф, что в 2 часа в ночь на сегодня подписана конституция. Слух последний держался упорно и, наконец, появились телеграммы. Опять обманывают народ, опять дают ряд свобод, которым грош цена. В городе ликование, толпы манифестантов с красными (республиканскими) флагами расхаживают по всем людным улицам. Войска убраны, арестованных освободили. Вечером на Молдаванке начались грабежи черной сотни. Опять выстрелы, раны, кровь, и смерть. Все это — дело Бога и его карающей десницы.
19 окт., ср. Дождь. Пораздумав и почитав, пришел к глубокому убеждению, что манифест никакой цены не имеет. Волнения продолжаются, черная сотня совершает по городу патриотические манифестации. Мимо нашего магазина провозят все время раненых. Картина ужасная. Пока не сотрется со страниц государственных актов слово «самодержавие», кровь будет литься бесконечной рекой. В городе идет настоящая междоусобная брань. Администрация, не подлежит никакому сомнению, устроила еврейский погром.
20 окт., чт. Магазина не открывали. С вечера вторника начался разгром еврейских домов и грабежи имущества евреев. Настроение ужасное. Толпа с флагами, иконами и портретами Государя наводит панический страх. Целый день и ночь слышна пальба одиночная и залпами.
21 окт., пт. Погода сырая и дождливая. Магазина не открываем. Нервы напряжены ужасно. Вечером по улицам мрак и мертвая тишина, изредка слышен рожок скорой помощи да выстрелы ружейные и из пулеметов. Жутко.
22 окт., сб. Прекрасный солнечный день. Праздник Казанской Божьей Матери. Богородица накажет всех, учинивших это величайшее злодеяние. В 11 часов открыли магазин, сошлись служащие и очевидцы, излагали ужасы, свидетелями которых они были. Убитых и раненых по всем показаниям от 8000 до 10000 человек. Приказчики с неохотой сидят в магазине, но я настаиваю, чтобы он был с дворовых дверей открыт. Утром мне Невражин сказал, что все успокаивается. Говорит, что это какая-то стихийная сила. Хороша стихия, которою управляет г. Нейдгард. Погибло много цветущей передовой молодежи. Погибали старики, женщины и дети. Разграблено имущества на большие суммы. А к ответу за все это привлекать некого. /…/
23 окт., вс. /…/ В 1 час в квартире Андреевского было частное совещание гласных. Прибыло много гласных. Андреевский, исправляющий должность городского головы, вследствие отказа Крыжановского, сообщил, что он сегодня посетил Каульбарса и архиепископа. Перед визитом Андреевского к архиерею Каульбарс счел долгом посетить его раньше — видна политика. Архиерей указал на то, что евреи первые нападали; бомба убила отставного полковника. Он написал воззвание, но послал его на просмотр градоначальнику. Архиерей рекомендует гласным воздействовать на духовных лиц евреев, чтобы они не производили возбуждающих действий. Каульбарс говорил о принятии мер, но ему известно, что движение захватило уезды, местечки, станции, даже на поездах железных дорог учиняют избиения пассажиров-евреев (очевидцем этих зверств был Ив. Ал. Казаринов). Каульбарс предупреждает, что дома, из которых будут стрелять, будут разбиваемы. Гласный Духновский заявил о погроме в Татарке и Кривой балке, есть грабежи без насилий, Жера указал, что на Хаджибеевском лимане жители сами себя охраняли. Швенднер имеет сведения о грабежах в Чубаевке, но тоже без насилий. Он говорит, что есть люди, убежденные в полном raison d’кtre’ъ погромов, нужно их отрезвить. Следовало бы возможно больше расклеить объявлений Каульбарса. Климовича встретила депутация с просьбой не разрешать вывоза награбленного имущества. Депутацию отправили к командующему войсками. Зеленый изложил факты: у г-жи Добрицкой был студент репетитор, при выходе его с урока отряд расстрелял его. Циркулируют различные нелепые слухи, говорят, что есть телеграмма от Императора: “детки хорошо начали, так и кончайте”. Говорят, что евреи-врачи отравляют раненых. Население должно знать, как дума относится к еврейскому погрому. Зеленый прочел составленное им воззвание, против которого возражают Кожевников и Докс. Казаринов был все время в Елисаветграде, где 18-го октября было разбитие еврейских домов, 19-го — грабеж, а 20-го все окончилось, когда город объявили в распоряжении войск. Думе нужно принять меры для прекращения этих ужасов. В Гниляково начальник станции не хотел пустить поезда, ибо там были невероятные слухи о том, что делается в Одессе. Кого нам нужно бояться: русских или евреев? Как восстановить спокойствие? Чаушанский говорил, что среди простолюдинов есть убеждение, что гласные защищают жидов, Тимофеев указал на бюро адвокатов, которое собирает факты для предания виновных суду. Гласные должны выбрать тоже следственную комиссию. На вопрос гласных, что сделала дума, Андреевский отвечает, что город открыл все городские здания для пострадавших и выдает деньги в пределах ассигнований. Драго заявляет, что домовладелец Слободки-Романовки Рутченко удостоверяет, что местный пристав поощрял избиение евреев. Рутченко составил охрану. Убито там 60 человек. Переодетые городовые говорили, что евреи будут грабить русских и они (городовые) вели всю агитацию. Рабочие заявляют, что решено было бить три дня. Каульбарс обещал предать суду офицера, если он не примет всех возможных мер охраны Слободки. Анатра заявляет, что консула телеграфировали о погроме своим послам и тогда только начали принимать меры. Драго предлагает предъявить Каульбарсу требование об надлежащей охране, или иначе уйти всей думе. Ярошенко возражает, что дума не должна ни в каком случае уходить. Рассматривается объявление Нейдгарта о дополнительном содержании городовых и об обложении домовладельцев. Много говорят Литвицкий, Житков, Саморупо, Бухштаб. Скачков говорит об ужасах, виденных им в еврейской больнице 21-го октября, там было 65 трупов, 200 раненых, 8000 имели приют. Он просил охрану и дал деньги, ибо там голодали. 22 октября: трупов 100 и бесприютных 18000. Продовольствует их Г. Э. Вайнштейн и г-жа Дризо. Сегодня часть увезли и осталось 12000 человек. Предложено избрать комитет с почетным председателем А. А. Анатра во главе. После просьб последний соглашается. Говорят Казаринов, Ярошенко, Драго. Предлагают командировать 2-3 гласных в Петербург. Дубинин указывает на две партии: одна с револьверами и бомбами, другая — с палками, ломами и ножами. Следует попросить вооруженных револьверами снести оружие в одно место на складе. Возражает Бухштаб, который говорит, что евреи стреляют, когда на них нападают и это их естественное право. Драго говорит против вооружения. От случайных пуль погибли Н. А. Лишин и жена протоирея Лебедева. Горячий спор возникает между Никитиным и Анатра — две совершенно противоположные партии. Бухштаб указывает на 60000 человек пострадавших евреев и предлагает сдать все деньги еврейскому комитету. Возражают Маслянников и Драго. Литвицкий произносит весьма прочувствованную речь с обвинением Нейдгарта. Чаушанский предостерегает от увлечения национальностями, черная масса не дремлет. Андреевский говорит о нахальстве крайних партий, все в шапках в думе, подвязывают под хвост собаке “Николай II”, порча портрета Государя и проч. Лузанов требует полной объективности воззвания, для составления которого избирается комиссия: Драго, Швенднер, Литвицкий, Зеленый, Ярошенко, Лузанов. Комиссия удаляется для составления.
Во время перерыва узнал, что разбили дом Пергамента, что убитых до сего времени 300 человек и раненых 8000. Протопопов подробно рассказал о посещениях думой Каульбарса. Генерал держал себя довольно тактично.
24 окт., пн. Открылись с утра. Торговли никакой. Настроение тревожное. Евреи открыли и сейчас же закрыли по случаю погребения жертв погрома.
25 окт., вт. /…/ Покупают бумазею, полотно для раненых и брошенных детей. Просьбы о пожертвованиях бесконечные. Торговли никакой. Разговоры, передача впечатлений погрома. Посещение покупателей и других прикосновенных к делу лиц. Много праздных и вымышленных слухов.
27 окт., чт. /…/ Благодаря объявленной свободе слова газеты пишут свободнее, но пока еще над ними тяготеет цензура.
28 окт, пт. /.../ Вечером, после 6 часов, город как будто вымирает. На улицах никого. Солдаты и городовые у прохожих ищут оружие и, пользуясь случаем, тянут часы и кошельки.
30 окт., вс. /.../ Ездил с Тюфекчиевым по улицам Молдаванки, особенно пострадавшим от погрома. Больше разбито стекол и выломано рам. В Кишиневе в 1903 году евреев больше разгромили. Следы погрома имели там более ужасный вид. /.../
2 нояб., ср. Состоялось назначение Аполлона Гавриловича Григорьева на должность Одесского градоначальника. Ушел Нейдгарт, запятнавший себя невинной кровью. Григорьев — свой человек и, вероятно, ему удастся достигнуть порядка в городе. /.../
3 нояб., чт, /.../ В Петербурге на сегодня объявлена опять забастовка. Возвратились все, бывшие в опале (политические деятели) и, конечно, не дремлют. В России уже Струве — издатель “Объединения”, Вера Засулич, Вера Ник. Фигнер, я и многие другие крайние революционеры. Крайние партии работают смело и открыто, все люди умеренные как-то сжались, хотя правительство их призывает для совместной работы. /.../
4 нояб., пт. Прекрасная солнечная погода. Торговля вялая. Приказчики занимаются политикой. Забастовки учащихся продолжаются. В думе разговоры о городской милиции. Много слов и мало дела.
7 нояб., пн. /.../В 4 часа пошел в заседание думы. Оно было интересно потому, что дума с комизмом выживала Полетаева с Доксом. Они стойко держались и не уступали натиску. Особенно зло говорили Драго, Пергамент и Никитин.
8 нояб., вт. /.../ Вечером был в комиссии о помощи пострадавшим от погрома торговцам. Выработали проект кредитной помощи путем подписки банкиров и крупных купцов, однако, без взноса денег.
12 нояб., сб. Продолжаем работать для образования капитала с целью поддержать разоренных торговцев. В 2 часа в бирже было заседание представителей крупного купечества. Пока шли отвлеченные разговоры, все соглашались с полезностью дела, когда же предложена была подписка, то охотников оказалось весьма мало. /.../
14 нояб., пн. /.../ Купил телеграмму, где описаны севастопольские беспорядки. Матросы и солдаты безобразничают. Целые части войск выходят из повиновения. Конечно, при таком общем настроении дела не могут процветать.
15 нояб., вт. Был у Гурлянда, Бламберга, Фель /нрзб/, Ближенского и просил подписать на образование капитала для помощи потерпевшим. Сочувствия мало. Только Товарищество Пташниковых подписали 5000 рублей, остальные жмутся. Начинаю терять веру в начатое благое дело. Также рушится дело торговой школы. Нет денег для ее содержания. Забастовка учащихся продолжается, и все частные и общественные учебные заведения переходят в состояние банкротства. Сегодня начала забастовку домашняя прислуга, а в 5 часов вечера забастовали почтово-телеграфные чиновники. В Москве арестовали всех их делегатов и все ведомство остановило работу. Мы отрезаны от всего мира.
18 нояб., пт. Вечером в думе поднят вопрос о новом погроме евреев. Решили отправить депутацию: Андреевский, Драго, Новиков и Анатра — к Каульбарсу и Григорьеву. Настроение в городе тревожное.
19 нояб., сб. /.../ Забастовала домашняя прислуга и половые низкопробных трактиров. Благодаря какому-то недоразумению между забастовщиками и хозяином трактира на Ремесленной, трактир этот был разнесен в прах. Вечерами город вымирает. Никто никуда не выходит. /…/ в Киеве восстали саперы, на них напустили казаков и пехоту — есть много убитых.
21 нояб., пн. Морозец. Приехал в субботу из Лодзи Гольдштейн. Много и основательно говорил мне о польском движении. Он принадлежит к социал-демократической партии. Задачи этой партии, конечно, весьма гуманны и чужды террора. По его словам, он сделал много хорошего в Лодзи и не раз предупреждал там кровопролитие. Смотрит здраво и правильно на все вокруг происходящее. В учебных заведениях Одессы начинается, как будто, раскол между христианами и евреями. Нахальство последних становится невыносимым. Гольдштейн предсказывает полное успокоение через три месяца.
24 нояб., чт. /.../ В городе пока, слава Богу, спокойно, но почты нет и вот-вот остановится железнодорожное движение/…/
29 нояб., вт /…/ Получил через проводника поезда письмо от П. И. Кухты. Оказывается, что и в Москве на митингах ораторами выступают евреи и еврейки. Сильно очень революционное влияние этой гонимой нации.
30 нояб., ср. /.../ С большой неохотой вечером пошел в заседание думы. Не нравится мне это отсутствие порядка. Никак не могут выбрать головы, а без головы дело, конечно, плохо. Намеченный в частном совещании Драго отказался.
2 дек., пт. /.../ Приказчики зачитываются газетами и много обсуждают текущие политические события. /.../
5 дек., пн. /…/ Сегодня у нас в складе предполагается сообщение профессора Орженцкого. Я очень ждал услышать слово этого ученого /.../. Приказчики ждут также с нетерпением этой лекции. Сошлись все к 71/2 часам вечера. Он приехал в нашем экипаже к 8-ми часам и прекрасно, удобопонятно для всех изложил все современное движение в России. Но не закончил мысли, остановился на партиях и союзах. Все им сказанное достаточно мне известно, за исключением его весьма удачного определения понятия “учредительное собрание”. Он сжато и точно изложил задачи этого учреждения.
12 дек., пн. /…/ Со вчерашнего дня идет разговор об Общей политической забастовке. И вчера и сегодня раздают на улицах воззвания к рабочим о прекращении работ. Все это чрезмерно раздувается крайними партиями. /…/
14 дек., ср. С утра открыли магазин. В 12 часов подошли забастовщики. Кухта с ними говорил и спорил, настаивая на том, что мы закроем, если будет закрыт весь город. Кончилось тем, что в двери нам плеснули сероуглеродом. Служащие все струсили, всем грезятся бомбы. В конце концов закрыли магазин и разошлись по домам.
15 дек., чт. /…/ В 11 часов дня город объявлен на военном положении, ввиду бывших случаев насилия со стороны забастовщиков. Все того мнения, что объявленная политическая забастовка не удалась. Опять будут пущены в ход нагайки, а при случае — пули и штыки. Реакция просыпается. Но сразу в городе сделалось спокойно. Как грустно и тяжело, что столько трудов и жертв тратится на борьбу с ужасным правительством. Когда же мы, наконец, заживем хорошей, мирной и вполне гражданской жизнью, достойной многострадального русского народа,
17 дек., сб. /…/ Вечером в 61/2 часов у Либмана в кофейне разорвались бомбы, много раненых и никто не убит. Одну неразорвавшуюся бомбу взял с собой офицер, повез ее в Александровский участок и там она разорвалась в руках околоточного надзирателя Гиржева-Бильчика, который разорван на части. Два присутствующих надзирателя ранены смертельно и два других офицера ранены весьма серьезно. Это сделали анархисты. Гиржев-Бильчик живет в нашем доме на Мало-Арнаутской, оставил жену и 3-х детей.
21 дек., ср. /.../ Выбрали вечером городским головой Василия Яковлевича Протопопова, это присяжный поверенный, который был старшиной сословия. Человек он аккуратный, прекрасно устроивший свои личные дела. Быть может, Бог поможет ему привести дела города в порядок.
24 дек., сб. /…/ В четверг, наконец, возвратился из Москвы Вл. Ник. Кокушкин, рассказывает о московских ужасах, там была настоящая война между революционерами и войсками. Со стороны революционеров руководили движением Фидлер, Сытин и Чичкина, девушка 18 лет. Большинство восставших составляли рабочие. Движение подавлено и правительство показало свою силу. Да, солдат нелегко обратить в революционеров! Для этого нужно большое развитие народа и рационально проводимая в широкие слои пропаганда.
27 дек., вт. Утром выходил подписаться на газету “Одесские Новости”. Она в еврейских руках, тем не менее куда содержательнее “Одесского Листка”. /.../
28 дек., ср. /.../ Почти весь день идет дождь. С мостовых снег смыт окончательно. /.../
