Альманах "МОРИЯ" № 1 (2004 г.)

Анна Мисюк

Третий подход

Книга, посвященная истории евреев Одессы и Новороссии, вряд ли может быть охарактеризована как просто “очередное” издание, призванное залатать дыры, которые проделала в общей исторической картине советская политика, управлявшая гуманитарными исследованиями и интересами. Не надо сыпать утешениями, что, дескать, кто хотел — тот и тогда находил способы, чтобы узнать и знал. Нужно было ведь еще хотя бы представлять, что именно возможно хотеть, чтобы потом этого знания доискиваться. А тот, кто случайно обнаруживал в каталоге научной библиотеки хоть “Историю евреев” Дубнова, а хоть труды Шопенгауэра и заказывал эти книги, движимый жаждой новых знаний, тот, бывало, вместо желаемого источника знаний получал суровую беседу со стороны “компетентных товарищей” и угрозы — вплоть до изгнания из аспирантуры и запрета на профессию. Примеры привожу не случайные, а такие, за которыми стоят конкретные люди и их личные и точные воспоминания.

Потом уже и каталоги были пересмотрены, и из картотек убраны записи, могущие смутить идеологически не выверенные души.

История Одессы относилась к темам, властью особо не одобряемым.

Ведь в истории этой обретались и подозрительная полиэтничность, и окаянный космополитизм, и дух знаменитого “обильного торга”, и несанкционированный юмор, и злокозненный еврейский акцент.

Интерес к истории еврейской Одессы оказывался, таким образом, вдвойне нежелательным. Время затягивало ряской невостребованности, а затем и забвения события, имена, даты, тексты.

Вспоминают нынче, как знаток истории еврейской Одессы профессор Саул Яковлевич Боровой в 1950–70-х годах отводил душу в беседах с немногими, кому доверял и чей интерес к истории родного города ценил и уважал, о публикациях же речь даже не шла и многое из того, что хранил старый историк в своей замечательной памяти и архивах, ушло вместе с ним безвозвратно.

Что уж там: ко времени, когда стало “все разрешено”, количество любознатцев уже было невелико, а таких, кого бы волновали вопросы истории стремительно таявшего одесского еврейства, еще меньше. Тем временем в США в 1985 году стэнфордский профессор Стивен Ципперштейн опубликовал книгу “Евреи Одессы. История культуры. 1794-1881”. Это была первая монография на эту тему, и автор книги к моменту ее выхода даже не бывал в городе, который стал предметом его интереса, как место, в котором сформировались все главные культурные направления, проявившиеся в еврейской художественной и общественной мысли в судьбоносный период 1880-1925 годов. Только после того, как все переменилось и советское государство посторонилось перед постсоветским, а книга С. Ципперштейна вышла в Москве немалым тиражом и в русском переводе, только после того калифорнийский мэтр заехал в Одессу на три дня, побродил по улицам, заглянул в архивохранилище, схватился за голову, сказал, что нужно писать новые книги, и с тем уехал. Принимал С. Циппершейна и был его проводником по одесской реальности молодой одесский историк Игаль Котлер, который вскорости и написал новую, то есть вторую по этой теме, книгу “Очерки истории евреев Одессы”. Книга вышла в Иерусалиме, тираж был невелик, переизданий не последовало, вскоре книга стала редкостью.

И, наконец, появилась не “очередная” на эту “одесскую” тему, но всего третья за десятилетие, а по честному если, то — за столетие, книга, которая после уже упомянутых двух первых, выглядит как третий подход к снаряду, как третья попытка сложить итоговый исторический образ одесского еврейства. Книгу Михаила Полищука отличает от предшественников, в первую очередь, жанр. Это не очерки, не культурологическое эссе, призванное расширить кругозор и обогатить образами исторических лиц сознание любознательной публики. Книга М. Полищука произошла из научного труда, защищенного в Тель-Авивском университете как диссертация на степень доктора философии. Этот труд не был рассчитан, как книги Ципперштейна и Котлера, на широкий круг читателей, рассчитывающих заполнить пустоты своего незнания. Монография М. Полищука обращена к экспертам, к кругу читателей, осведомленных в представленной тематике и способных оценить тот широчайший круг рассмотренных в работе источников и первоисточников, т.е. документальных и архивных данных, на которые опирается автор, и, в целом, представленную им картину социально-политической истории евреев Одессы и других городов Новороссии в период с 1881 по 1904 год.

Формально, таким образом, Михаил Полищук начал там, где остановился Ципперштейн, то есть с событий, последовавших за погромом 1881 года, потрясшим весь Юг Украины, а останавливается перед следующей исторической вехой: первой русской революцией 1905 года. Этот период представлен в книге как уникальный в истории еврейства Российской империи. В те годы основной тенденцией развития еврейской жизни стала ее модернизация. Общины в те годы развернулись в сторону создания секулярных (то есть внерелигиозных) общинных институтов, через которые казалось возможным осуществлять эффективное самоуправление. В те годы и через эти институты происходило распространение национальной идеологии, как в сионистской, так и в автономистской (стремление к культурной автономии в границах Российской империи) форме. В атмосфере ширящегося национального движения жизнь общин интенсивно политизировалась.

Эти тенденции не были вовсе новы, но в тот период они впервые в истории еврейских общин России становятся массовыми и доминирующими. В своей книге М. Полищук рассматривает и более ранние периоды, в которые зародились тенденции, ставшие господствующими в конце 19 века, и, конечно, указывает на те последствия, к которым в будущем привели те или иные рассмотренные феномены исторической жизни.

Книга опытного архивиста, начавшего свои исследования еще в бытность свою до репатриации в Израиль сотрудником Государственного архива Одесской области, повествует не только об экономических, политических и интеллектуальных аспектах бытия городских общин, в ней анализируется влияние городского способа жизни на различные социальные слои еврейского населения, а также пути, на которых развивались в сообществе решения назревавших во множестве национальных, политических, религиозных проблем. Пожалуй, самым для меня интересным в этом труде как раз и оказались страницы, посвященные реконструкции принятия интеллектуальных решений еврейскими лидерами. В этих разделах захватывающе увлекательной оказывается именно возможность проследить ход сильной неординарной мысли, почувствовать жар дискуссий, отзвучавших сто лет назад, и понять, сколь многое из тех времен остается актуальным. Истины и заблуждения вековой давности М. Полищук представляет не столько в отвлеченном снятом виде, сколько в образе личностей, олицетворявших для своих собратьев ту или иную позицию. Когда читаешь главы, посвященные, например, взглядам и общественной борьбе, которую вел лидер одесской общины адвокат М. Моргулис, то забываешь, что перед тобой в общем-то тяжеловатый подчеркнуто объективистский диссертационный текст. Обаяние личности, сила его интеллекта оказывается способным победить время и преодолеть жанр. Да кто, впрочем, сказал, что история, в принципе, может быть сухой или скучной? История — это люди, величайшее богатство и роскошь этого мира. Автор монографии как бы избегает “лирики”, но не избегает щедрых цитирований мемуаров, документов, публицистики и этого достаточно, чтобы через научные обороты просвечивал целостный образ времени. В книге перед нами проходят картины деятельной жизни объединений интеллигенции и раввинатов, Общества просвещения и сионистского движения. Особое место отдано показу роли лидеров и деятелей крупных общин Новороссии в еврейском национально-политическом движении в масштабах всей империи.

М. Полищук строит свою работу на материалах истории еврейских общин Херсонской, Екатеринославской и Таврической губерний, которые, по его убеждению, сложившемуся после проработки источников и документов, представляют собой, в сущности, единый феномен.

В предисловии к своей книге Михаил Полищук выразил надежду, что впервые детально описываемая здесь жизнь синагог и традиционных общественных структур, показ деятельности и смены национальных лидеров, анализ процессов принятия решений, взаимодействия и противостояния различных групп в еврейской внутриобщинной и политической борьбе воссоздадут для читателя уже исчезнувший еврейский мир Юга России в максимально возможной полноте и реальности.

Действительно, огромный представленный в книге статистический и документальный материал дает такую возможность всем, кого интересует этот материк нашей истории. Пусть книга не предназначена для чтения легкого, запоем, но она содержит ответы на важные для понимания исторических событий и лиц вопросы, не утратившие в ряде случаев актуальность и до сего дня.